Перебеги меня. Современная проза - Александр Цыганов

вернулся домой, когда Дашка уже закончила доить коров.

– Давно встал?

– Да, порядочно…

– Посиди, сейчас покормлю тебя…

– Хорошо…

– Что нового на кордоне?

– Во вторник зайцев стреляем, а так все по-старому.

– Рысь как?

– Да живут. Дядя Семён говорит, что мурлычат оба ночью, за полкилометра слышно… Так что нормально.

Дашка заулыбалась.

***

Я сходил наверх, взял отцовский карабин. Разобрал, почистил. Весь отцовский патрон вынул в коробку. В зарядку выложил свой – одну картечь по центру, остальное – бумагой и порохом, процентов на 30 меньше, чтобы зайцев не портить – дед так рассказывал. Навинтил прицел.

Утром во вторник дядя Семён привел из села ещё пятерых охотников: "Больше – лучше", – сказал.

Зелёную ракету в небо – и ждём. Аннушка тихо паслась у домика, Полкан грыз у себя на спине блох, Жучка бегал вокруг. Даша и бабуля ещё, наверное, спали.

У Ведьмина озера собрались уже впятером:

– Как пойдём?  Облавой?

– Нет, разбегутся. Ступеньками будем. Раз-два, пауза… Ясно?

– Ясно, дядя Семён.

– Сами смотрите, команды не ждите. Успокоились – стреляйте. И в паузу… Кругом не вставать, идём кордоном, в полумесяц! Всех бегачей – выбить. Ясно?

– Ясно, дядя Семён…

– Начали.

Обложили поляну, начали считать. Я положил трёх бегунков, Дима Мелех двоих. Больше всех дядя Семён – восемь штук.

– Ты прямо пулемётчик, – сказал ему Дима.

– Ну, я же без прицела, не белый человек, – дядя Семён хмыкнул.

– Ладно, – все собрались – Завтра то же самое на 11 участке. Дима, отвези тушки в сельпо.

– Сейчас машина придёт за нами на заставу к Михалычу, – пожал плечами дядя Миша, мы отвезём.

В сельпо нам выделили 450 рублей, что, в принципе, хватало на часть зимнего фуража лосям и на соль. Это с учетом того, что уже "подогнал" дядя Юра. Всё мы положили в дедов амбар.

11 участок…

– Зачем стрелял? – Дима Мелех подошёл ко мне, – Он же в капкане был?!

– А вдруг бы ушёл?

– А вдруг ты шкуру повредил?

– Не должен, вроде.

– Ну смотри…

Зайцев в сельпо мы сдали всего около ста тушек.

Утром Дашка кормила меня овощным рагу:

– Вам их не жалко что ли совсем?

– Кого?

– Зайцев.

– Их слишком много, Даш. Они съедят всё, и никому не дадут жить.

Поэтому их надо прогнать.

На пятницу договорились идти на 7 – к Макарычу. Там ландшафт гористый, неудобный, поэтому я брал двух собак. Мужики заранее в ночь расставляли силки, а Дима ночью гнал зайцев  через эту полосу.

Должны были остановиться в Сырой балке – а больше и негде. Это граница заповедника.

***

– Я дома!… – сажусь, снимаю карабин, вешаю на угол – как дед. Умываю руки, лицо.

Спускается Даша: Тебе горяченького?

– Да, если можно.

– Подожди минуточку, сейчас.

– Сажусь за стол. Дашка суетится у печки, потом подаёт мне горячее.

Хлебаю борщ, думаю о том, как сделать кордон богаче. Сухостой продать? Его у нас много… Надо будет посоветовать дяде Семёну. Пускай пропуска бы сделал сельчанам на "самовывоз". Так бы и надо сделать!

– Сзади неожиданно наваливается с обнимашками Дашка:

– Сашка!!!

– Ой, напугала! Да, Даш, я здесь!

– Я тебя люблю! – обнимает, смеется и убегает в дверь.

***

Зелёная ракета в пятницу. Семён собирает всех:

– У нас очень много сухостоя. Многое ещё не положили даже, хотя отмечен практически весь.

– Все кивнули.

– Я договорился с поселением, что сухостой они забирают сами, но с каждым пойдёт один лесник, чтобы не натоптали там и не расшугали зверьё.... – он сделал паузу, – а они нам фураж и корма… А лучше пусть каждый у себя на участке валит сухостой в кучу. Чтобы приехали и сразу забрали. С труднодоступных мы с Димой на волокушах будем отвозить. Всё поняли?

Особенно 7 участок смотрите – он "безхозный", а там ведь бобры. И Серёжа, Саша, у вас – лоси, не теряйте.

– Поняли.

– Дядя Семён, я на 7 съезжу, – я поднял руку.

– Давай. Дима, все полосатики ушли в стадо?

– Да, ушли.

– Рыси как?

– Рыси вдвоём… – усмехнулся Максим

– Отлично, – Ладно, работаем…

Вдвоём с Димой и с его конём, на волокушах мы оттащили к дорогу куч 20 сухостоя. Поселянам – только подойти и забрать, не заходя в горы.

Сдали в правление карты – где можно рубить, а где нельзя. Договорились насчет кормов на зиму, в том числе для рысей. Поговорили насчет сторожа на зиму  со стороны дороги – забор там до сих пор никто нам не поставил, хоть и обещали.

***

– Саша ты не устал? – Даша подходит сзади и кладёт голову мне на спину, – Может быть, пойдёшь – поспишь?

– Не могу пока, Дашка. – я  сижу с картой, – Сама чего не спишь?

– Не могу, пока ты нет…

– Ясно. Я скоро. – набрасываю наскоро цифры на карту, сворачиваю.

Дашка возвращается, молча прыскает под одеяло:

– Иди сюда! Бр-р-р.

Иду.

Тепло вдвоём…

***

Юрий, дед Стаса молча выкладывает передо мной конверт с деньгами: это за рябину и сухостой.

– Сельпо неизвестно, когда выплатит, а я знаю, что вам сейчас нужно. Лосям сейчас прикорм нужен, вроде.

– Да, – соглашаюсь я.

– Саш, – спрашивает он меня, – А щенка волка в заповеднике сейчас нельзя достать? Один человек хочет приобрести. Он его любить будет, серьёзно…

– Дядя Юра, вы правда думаете, что Семён на это пойдет?

– Ну, вдруг волков слишком много… он завозил пальцем по столу…

Волков на самом деле было чуть больше, чем нужно. Одних щенков было пятеро.

Достать волчонка было сложно. Без Жучки и Полкана мы бы не справились. Жучка отогнал волчицу от логова, а Полкан прикрыл следом, пока Семён забирал щенка. Если бы волчица увидела, то точно напала бы.

Мы взяли полосатенького – длинноморденького, самого спокойного из всех. На пару недель – чтобы привык к людям – поселили его к нам на двор – в пустующий куриный вольер.

Дашка со страхом подходила к клетке, разглядывала "волка", бабушка волчонка жалела. Всё же Даша переборола свой страх, наверное, посчитав этого конкретного "волка" не совсем волком, а больше, скорее, обычной собакой – кормила его бульоном и молоком. Сначала волчонок отказывался есть, с ужасом забивался от Даши в самый дальний угол. Неизвестно, кто кого боялся больше. Мне это напомнило те времена, когда мы с Дашкой "шарахались" друг от друга.

Бабушка ругалась:

– Догадался Семён! Волка притащили! Ай-яй-яй.

– Так для пользы же дела! – смущённо отпирался тот.

– Дела? – бабушка расставляла снедь на столе. Рядом улыбалась, протирая тарелки, Даша, – Ну, Сашка-то ребёнок еще, – я согласно закивал, – Димка тоже не